Е — труд, как «могильщик частной собственности»

Важнейшим этапом в процессе вытеснения «личной» частной собственности является переход к е — экономике, когда самым основным конкурентоспособным ресурсом страны становятся знания ее работников. Потенциал современных интеллектуальных работников заключен не только в их знаниях, но и в способности эти знания усваивать и создавать новые.

Этот новый е — класс уже более не является тем зависимым классом наемных работников, какими они были в условиях до индустриального и индустриального общества. В последнее время находит свое реальное подтверждение выдвинутая О.Тоффлером идея «е — коттеджа»: около 80 % трудоспособного населения в настоящее время в Соединенных Штатах связаны со своим рабочим е -местом главным образом е — сетями, в их числе значительный процент составляют семейные е — предприятия на дому, т.е. те, кто заняты е — трудом в своих собственных е — фирмах.

В прежние времена существовала практика оплачивать лишь меньшую долю труда, сам же продукт труда принадлежал полностью только собственнику инфраструктуры для трудовой деятельности, рабочий же получал за свой труд только зарплату. В итоге результат труда эксплуатировался по правилам собственников, ими же и придуманным. Наемные работники как бы брали в аренду у собственника средства производства на оговоренный срок, в течение которого они и производили продукт и сами оплачивали аренду, и амортизацию оборудования, а остальную часть выручки вынуждены были, отдавать, а по сути, дарить собственнику имущества. Подобное неравноправие лишало свободы основную массу населения. Усугубило ситуацию небывалое развитие высоких технологий, в результате чего в руках одного процента населения сконцентрировалась значительная часть богатства, что и позволяло ее владельцам насаждать, так называемую, «управляемую» демократию, узурпировать выборы и власть. Стало это возможным потому, что законодательно не были установлены права работников распоряжаться своей долей на определенную часть продукции и соответственно частью частной собственности.

Частично эта проблема была решена, когда в развитых странах было разрешено наемным сотрудникам приобретать акции предприятий. Но этого было недостаточно, собственники труда должны были получить дополнительно и определенные права юридических лиц для своих объединений и организаций. Такой закон смог бы обеспечить некоторую дополнительную свободу в своих действиях практически для всего населения. Вышеизложенное есть лишним свидетельством того, что давно назрела ситуация радикального пересмотра форм собственности для создания условий более мотивированного труд и как следствие, повышения производительности труда, а отсюда и качества жизни и социального прогресса. Объединение собственников имущества с собственниками труда не менее выгодно для первых, поскольку были бы минимизированы риски девальвации принадлежащей им собственности в силу наступившей коллективной ответственности. С другой стороны это дало бы возможность рационализировать инвестиционную практику, приняв партнерскую ответственность за производство. Проще бы решалась и проблема легитимности собственности. В новой форме собственности труд как бы инвестировался в производство, и поэтому на него должны были бы распространяться правила, общепринятые для инвесторов.

В недавней истории известен и другой подход с целью ликвидировать институт частной собственности путем передачи ее в «общенародную». Но как мы знаем такое решение оказалось неудачным. Эта собственность затем превратилась в «общегосударственную», а на самом деле, как потом выяснилось, в «чиновничью», и стала в известном смысле бесконтрольной и неэффективной.

Новую стратегию хозяйствования трудно заимствовать из — за рубежа — там другая, как принято говорить в бизнесе, финансовая история, другая ментальность. Новая стратегия должна стать порождением новой национальной идеи. Демократия возможна лишь тогда, когда существует доверие к власти, но у нас оно давно уже исчерпано. Формировать новую стратегию развития можно несколькими путями, например, «пересоздать» страну, или изменить ментальность народа, но на все это потребуется значительное время, возможно в несколько поколений, но можно найти другой путь — кардинально усовершенствовать формы собственности. Всем известно, что имущественная собственность разделяет людей, и только трудовая их способна объединить. Новая национальная идея должна отделить власть от собственности и в соответствии с новой е — эпохой вначале ограничить частную собственность, а на следующем этапе развития и вовсе отказаться от нее, хотя попутно заметим, это будет происходить в условиях нового е — труда, преимущественно интеллектуального труда, практически незаметно и автоматически, после того как интеллектуальный труд перестанут измерять материальными единицами измерения, поскольку это совсем иной труд и производит он совсем иную продукцию в основном в сфере нематериального производства. Все это и должно лечь в основу, вначале нового Общественного Договора, а затем и Новой Конституции.

Новый е — труд потребует пересмотра современного видения главного проекта — «проекта человека». В условиях новой е — экономики и вне экономического развития, прежний «проект человека» уже не актуален, а новый еще, к сожалению, не достиг «проектной зрелости». Но, несмотря на это, некоторые его черты уже становятся вполне очевидными: понятия труд и созданная им частная собственность в их классическом понимании исчезают, а вместе с этим растет привлекательность труда как образа жизни (а не как источника средств к существованию). Интеллектуальная информация в процессе труда не только не исчезает в отличие от материальных носителей но и самосохраняется, специализируется и усложняется. На смену господству материального капитала приходит господство е — капитала — господство знаний и их носителей. Труд самосовершенствуется средствами самоорганизации, в процессе применения он не требует в традиционном смысле амортизации и не девальвируется. Несложно предположить, что информационная и знаниеориентированная е — эпоха потребует признания за е — трудом и новых прав, которые должны соответствовать его новой природе и новым функциям. Принципиальное отличие е — труда от прежних форм труда прежде всего в его «экологической чистоте». Это обстоятельство и много другое, что связано с новой е — индустрией, позволит вернуть цивилизацию на более естественный путь развития, а е — человечество станет не антагонистом, а более целостным компонентом интеллектуальной ноосферы, заново им созданной. Прежние традиционные «факторы производства», такие как, земля, рабочая сила и капитал, хотя и не исчезнут, но приобретут второстепенное значение, а со временем и видоизменяться. Новые виды ресурсов — информационные — можно будет получать без особого труда при наличии необходимых знаний. Знание теперь не только элемент образования, но и целая мега-е-индустрия по производству новых знаний.

Поскольку е-труд находится за пределами экономически мотивированной деятельности, он практически не подвержен эксплуатации в ее традиционном понимании. Ценность е — продукта воплощает в себе возможность не только возмездного обмена, но и по большей части его безвозмездного характера, как формой качественно нового взаимодействия между людьми. Социологи это новое взаимодействие назвали «дарообменом». А новую экономику экономикой дарения. И хотя социологи и экономисты новой формации не определились как быть с новыми формами обмена, но они точно знают, что отныне стоимость теряет свой прежний смысл, поскольку не существует эквивалента ей — ни натурального, ни всеобщего. Социология все чаще возвращается к концепции возможности продажи е — труда, а не рабочей силы, но наполненной новым содержанием, по причине того, что новые е — технологии резко снижают как издержки е — производства, так и стоимость самих е — продуктов и условий их создания.

Понятно, что изменение концепции стоимостных отношений представляет собой серьезную угрозу всему рыночному хозяйству, поскольку фундаментом институциональной структуры вне экономического е — общества будет служить новая форма личной собственности, дающая человеку возможность быть самодостаточным участником общественного е — производства, зависящим исключительно от того, насколько создаваемые им е — блага или е — услуги обладают общественной полезностью, порой не требуя компенсации за свой труд или услуги. Е — труд становится все более творческим и не требует сложных орудий производства, иногда достаточно для работы обзавестись недорогим компьютером и «открытым» программным обеспечением. Эта особенность новой е — эпохи способствует тенденции к независимости от капитала, точнее от необходимости существенных капитальных вложений, к упрощенной форме создания огромного числа творческих объединений которые не требуют внешних инвестиций, а ограничиваются соинвестированием. Следствием этого уже сейчас есть развитие быстрыми темпами малого производства в высокотехнологичной сфере.

Новый труд — е-труд — требует и новых методов управления — нетрадиционных, более похожих на управление в добровольческих, филантропических организациях. Корпорации также будут вынуждены изменить свою природу, поскольку понятие собственности в е — эпоху утратит свое былое значение перед лицом знаний и информации, а права владения со временем станут весьма ограниченными и условными. Преодоление эксплуатации — это прямой путь к равенству и к зарождению новой е — личности, развивающейся вне рамок консервативной жесткой организации, будь она политической или хозяйственной. Новые е — структуры (чаще носящие характер и свойства «виртуальных») будут представлять собой не просто некие элементы е — сообщества, а по большей части общности, разделяющие общие ценности и единство мировоззрений на принципах самодостаточности.

Новый, во многих смыслах свободный, е — труд будет способствовать созданию новых типов соглашений между трудящимися, предприятиями и обществом, основой чего будут доверительные отношения между этими субъектами.

Поскольку в нематериалистически мотивированном обществе у людей не стоит задача присвоения чужой собственности или чужого богатства, то нетрудно предположить, что такое общество сможет осуществлять полноценный мониторинг за всем, что происходит в государстве в процессе производства и распределения, для целей их оптимизации.

Существенная проблема, с которой придется столкнуться новому е — обществу, будет связана с несоответствием нестоимостных оценок создаваемых е — благ с рыночным методам регулирования общественного производства и эта проблема потребует отдельного научного решения. Вполне возможно, что новым эквивалентом соизмерения, казалась бы несоизмеримого (материального и нематериального — информационного), может стать единица энергии, поскольку экономистам известно как со измерять материальные затраты с энергетическими, а ученые знают как измерению информации найти энергетический эквивалент.

Мы, часто увлекаясь новыми огромными возможностями в прежнюю эпоху, постоянно нарушали одну из заповедей Господа — трудиться во имя пропитания и, в результате, превратили собственность в «сакральную корову», а в дальнейшем изолировали себя от природы созданием нового все более искусственного мира, все чаще становясь изгоями на собственной планете. Новая е — эпоха позволит, предприняв определенные усилия, вернуть себе настоящее «человеческое» лицо путем воссоздания того, что наши соотечественники Подольский и Вернадский называли ноосферой.

Читайте также: Новости Новороссии.